Онко портал » Чтобы помнили. Сегодня Светлане Скляр исполнилось бы 60.

Чтобы помнили. Сегодня Светлане Скляр исполнилось бы 60.

03.04.2017

IMG_5680

Часто можно встретить истории женщин, сумевших победить рак или научившихся сосуществовать с этим заболеванием и подбадривающих других своим примером. А я хочу рассказать совсем другую историю из мира онкологии, не такую оптимистичную, но не менее вдохновляющую.

Это история женщины-хирурга, которая спасла тысячи жизней, а потом сама заболела и ушла за считанные месяцы, показав пример величайшего мужества, отказавшись от материальной помощи, запретив обсуждать тему своей болезни. Она с высоко поднятой головой шагнула туда, куда мы боимся заглядывать даже мысленно.

Со всем уважением к личному пространству этой сильной женщины, я решилась рассказать ее историю. Чтобы помнили! И чтобы было, с кого брать пример.

Встреча с Хирургом

Когда я, узнав о своем диагнозе, в полуобмороке открыла дверь с табличкой «Доктор наук, ведущий научный сотрудник», пелена перед глазами отступила. Передо мной сидела женщина, от одного взгляда на которую на душе становилось спокойнее. Красивая, энергичная, интеллигентная, уверенная в себе. Она быстро осмотрела меня и сказала с успокаивающей улыбкой: «Стадия небольшая, не волнуйтесь, сдавайте анализы и во вторник на 8 утра будьте готовы к операции». И добавила уже без улыбки: «Только я вас предупреждаю, если хотите жить – никаких бабушкиных методов, соды и керосина, только доказательная медицина!»

Так началось мое знакомство с хирургом отделения молочной железы Национального института рака, доктором наук Светланой Юрьевной Скляр. К сожалению, оно было недолгим. Уже через год ее не стало.

С момента моей операции прошло три года, я в стойкой ремиссии, и шрама уже почти не видно. Нет предела моей благодарности этому человеку. Сегодня Светлане Юрьевне исполнилось бы 60 лет. Мне удалось пообщаться с ее друзьями и сотрудниками, которые поделились своими воспоминаниями. Но сначала немного статистики.

Скляр Светлана Юрьевна

Работала в НИРе 33 года – с 1980-го по 2014-й

Провела 2137 операций (!)

Доктор медицинских наук с 2006 года

Ведущий научный сотрудник с 2007 года

Автор 2 монографий

Автор 235 научных работ

 

 Татьяна  Головко: «Ко мне приходят ее пациентки, я делаю им УЗИ и вижу – там все красиво, все чисто…»

 

– Ко мне на прием до сих пор приходят люди, которые впервые узнают, что Светланы Юрьевны не стало, и начинают плакать, просто рыдать, – признается заслуженный врач Украины, зав. отделением лучевой диагностики НИР, д.м.н., профессор Татьяна  Головко.

В нашем институте много замечательных людей, но Светлана Юрьевна была для меня тем единственным человеком, с которым я бы полетела в космос. Мы были знакомы 20 лет, вместе работали и даже жили в одном доме, но сблизились только в последние годы, после совместной поездки в Ялту на «Школу маммологов» в 2011-м. Там мы с другими специалистами-онкологами читали лекции, а в свободное время гуляли и часами разговаривали. Это были невероятно интересные беседы. Светлана Юрьевна была человеком очень эрудированным, мы не лезли друг другу в душу, просто смотрели на море, которое бушевало в апреле, с огромными волнами, гуляли, пили какие-то напитки… Крым был еще украинским, и там было замечательно.

Светлана Юрьевна была очень благородной женщиной, как говорится, с корнями. Ее мать, Майя Зыбина, всю жизнь проработала в Национальном институте рака, была известным врачом. Судьба преподносила Светлане серьезные испытания, но они ее не сломили, а лишь закалили и сделали более независимой.

Да, характер у Светланы Юрьевны был непростой, но куда сейчас без характера? Она была прекрасным человеком и исключительно талантливым хирургом. Ко мне приходят ее пациентки спустя много лет после операций, я делаю им УЗИ и вижу их результаты – там все красиво, все чисто, эти женщины долго живут, а ведь это самое важное!

Также Светлана была человеком очень принципиальным и честным, верила в науку, и никогда бы не допустила шарлатанства. Современный мир достаточно алчный, недоброжелательный, в ней этого не было абсолютно.

Светлана Юрьевна была человеком науки, очень трудолюбивым, блестяще и очень быстро писала. Я всегда давала ей почитать свои труды перед публикацией, и у нас с ней много совместных работ. Еще одной гранью наших отношений было чтение, мы постоянно обменивались книгами.

Жили мы, как я упоминала, в одном доме на улице Ковпака и часто вместе возвращались домой на маршрутке. Это было очень приятно, потому что туда садятся молодые здоровые студенты, и мы в этой атмосфере после рабочего дня напитывались здоровьем, молодостью. В этой маршрутке мы также много общались. Машины у Светланы Юрьевны не было. Очень часто заходили после работы в кулинарию «Богатырь» на Красноармейской, потому что дома готовить не успевали, а там вкусно кормят.

Когда Светлана заболела, она долго это скрывала, и я делала вид, что ничего не знаю. До последних дней я приносила ей книги. Не стало Светы в светлый праздник Пасхи, 12 апреля 2014 года ( а ведь считается, что в такой день уходят  только праведники). Был замечательный теплый день, настоящий пасхальный, и я узнала об этом от консьержки. Светлана Юрьевна строго-настрого запретила превращать ее уход в шоу. Особое душевное благородство было в этом человеке. И гордость особая, которая сейчас в людях большая редкость.

SKLYAR-yalta

Сергей  Коровин: « Она была добрым и очень хорошим человеком, и вряд ли  смогла бы осудить себя за какие-то поступки, совершенные в жизни».

– Я работаю в НИРе с 78-го года, а Света пришла на два года позже, в 1980-м. Всю свою жизнь, после окончания киевского института имени Богомольца, она проработала  в отделении опухолей молочной железы, – рассказал заместитель директора по науке НИР профессор Сергей Коровин.

Светлана Юрьевна – потомственный онколог, ее мать – Майя Афанасьевна Зыбина – была доктором наук, проктологом, и работала в нашем институте. Она умерла довольно молодой, в 80-е годы, от онкологии. Муж Светы тоже работал в нашем институте, был торакальным хирургом.

В научной деятельности Светлана Юрьевна была одним из лидеров проблемы онкопаталогии молочной железы в Украине. Была участником многих международных конференций, все ее научные работы посвящены именно этой проблематике.

В жизни Светлана Юрьевна была очень принципиальным человеком. Кому-то это не нравилось, но на самом деле она была права. Она очень редко шла на компромисс. Несмотря на это, она была добрым и очень хорошим человеком, и вряд ли она могла осудить себя за какие-то поступки, совершенные в жизни. Безусловно, у каждого человека бывают какие-то ошибки, но я думаю, что у нее их было очень мало.

К сожалению, погибла Светлана именно от злокачественной опухоли. Когда она заболела, вела себя очень достойно и мужественно. Она долго это скрывала, а когда ситуация совсем ухудшилась, помощь принимала далеко не от всякого. Очень щепетильна была до самого последнего своего дня в выборе друзей, в выборе поступков, в выборе желаний.

Мы очень много сотрудничали, у нас были общие тематики, также мы были дружны семьями, Светлана Юрьевна была подругой моей супруги, мы встречались вместе иногда на праздники, дни рождения. Именно потому, что она была очень требовательной, бескомпромиссной, друзей у нее было немного. Но зато те, с кем она дружила, ощущали ее теплоту и преданность.

У Светланы было хобби – любимая дача, которая ей досталась от родителей. Она часто жаловалась, что это ее головная боль, но я понимал, что это была для нее отдушина. Там она проводила очень много времени.

 

Алексей Кострыба: «Бывали дни, когда она проводила по шесть операций, а при большом объеме вмешательство может занять полтора часа».

– Мы познакомились со Светланой Юрьевной в мой первый рабочий день в НИРе, 2 сентября 1999 года, – рассказал хирург-онколог Алексей  Кострыба, который ассистировал Светлане Юрьевне во время многих операций. – У нас все молодые специалисты начинают с ассистенции старшим. Не кому-то конкретному, а всем. Со временем мы со Светланой Юрьевной сработались, и ей стал ассистировать в основном именно я. Светлана Юрьевна была грамотным специалистом, у нее было чему поучиться, она очень быстро и качественно оперировала.

Бывали дни, когда она проводила по шесть операций. Средняя продолжительность операции – 40-50 минут, 15-20 минут занимает удаление маленьких фиброаденом, а при большом объеме вмешательство может занять полтора часа.

Светлана Юрьевна была очень требовательным человеком. В первую очередь у нее были высокие рамки установлены для себя, и, конечно, ей хотелось, чтобы и другие работали так же ответственно и серьезно. Когда она заходила в ординаторскую, всегда спрашивала: «Что вы делаете?» Она активно стимулировала меня к научной работе – написанию статей, тезисов. Сейчас ее нет, и я стал писать гораздо меньше. Правда, я теперь сам и веду пациентов, и оперирую, меньше времени остается на научную деятельность, больше стало клинической работы.

А вот Светлана Юрьевна успевала все совмещать, у нее все было быстро. Она никогда не откладывала на потом. Если надо было сделать, то она делала это сегодня, она могла закрыться в кабинете и сидеть до ночи, но должна была сделать.

Знаю, что некоторые пациенты обижались на Светлану Юрьевну за резкость. Она сильно переживала из-за таких случаев. Дело в том, что она совершенно не переносила хамского отношения. Человек неординарный, очень многого достиг в науке, и когда ей откровенно хамили, чего-то требовали, хватали за руку в коридоре, иногда могла не сдержаться.

Если говорить о том, чему я научился у Светланы Юрьевны как у человека, – так это в первую очередь требовательности к себе. Это очень важное качество – если ты хочешь от кого-то чего-то добиться, ты должен вначале от себя потребовать и соответствовать этому уровню, а потом уже спрашивать с других. Известный постулат, которому она меня постоянно учила своим примером, – «пациент прежде всего».

IMG_3854

 Алла  Винницкая: «Однажды  мы попали в жуткую метель и два часа шли без ориентира, она  не испугалась: «Нам нужно только дойти!»

– Я знала Светлану, пожалуй, дольше всех. Мы с ней еще девчонками случайно познакомились у репетитора, когда готовились к поступлению в медицинский институт. Вместе поступили, вместе учились, жили рядышком. Вся жизнь проходила друг у друга на глазах. Нас многое объединяло, и дети наши были практически ровесниками. Мы обе из медицинских семей, и я прекрасно помню, как еще будучи студентками, мы ходили друг к другу на дни рождения, и хлебосольную Майю Афанасьевну, которая прекрасно готовила, и папу Светы Юрия Ивановича, который был веселый и общительный, – рассказала главный врач больницы израильской онкологии LISOD, доктор медицинских наук, профессор Алла  Винницкая.

Светлана очень щепетильно относилась к своей личной жизни, посторонних в нее не допускала, и поэтому я боюсь какими-то своими словами потревожить ее личное пространство, которое она тщательно выстраивала и ограждала. Но в то же время я как близкая подруга не могу не сказать хорошие и правильные слова о Свете.

Я очень ценила в ней высочайшего профессионала. Всех моих родственников и близких, кому нужна была соответствующая помощь, я вела к Светлане. Она все делала на очень высоком уровне.

Мы очень много вместе путешествовали, мы вместе были в Лондоне, в Испании, вместе катались на лыжах. Эти совместные семейные поездки нас сближали и делали времяпрепровождение гораздо более приятным.

Света была женщиной гордой и независимой, с ней всегда было интересно и действительно надежно. Она была сложным человеком, с непростым характером, но при этом очень цельным. Я в ней это всегда ценила, но стала даже больше ценить после ее ухода, потому что она продемонстрировала всем врачам-онкологам, что такое мужество, что такое умение принять решение, умение следовать принятому решению. Это очень много. Она как онколог понимала ситуацию. Каждая локализация опухоли имеет свои особенности. Та локализация, которая была у Светланы, к сожалению, не оставляла вариантов. И то, как она ушла, вызывает во мне просто глубочайшее уважение. Это дано далеко не всем. Она всем показала, насколько она мужественный и волевой человек.

Напоследок расскажу один случай, который был у нас со Светой однажды на отдыхе и который ярко ее характеризует. Мы с младшими детьми катались на лыжах в Словакии, в Липтовском Микулаше, и попали в метель. Я никогда не видела, чтобы метель так быстро начиналась: внезапно стало темно, разыгрался ветер и полетел густой снег. Мы на тот момент уже сдали лыжи и спускались с горы. И вот мы с ней шли, Света впереди, двое детей, я замыкающий. Два часа в полной темноте, без тропинки, без ориентиров. Утопая в снегу по щиколотку, идти было очень тяжело, никакого освещения, мы шли фактически наугад, лесом. И Света говорила, спокойно, твердо и уверенно: «Алла, нам нужно только дойти». Я часто вспоминаю это, и привожу другим в пример, как мы тогда шли со Светой в жуткую метель, и она говорила: «Нам нужно только дойти». И мы дошли до первого жилья, откуда уже позвонили своим домашним, чтобы они нас забрали. Они уже к тому времени были сильно напуганы, тогда еще мобильных телефонов не было. Вот таким человеком была Светлана. Настоящим.

Нина РЕЗНИЧЕНКО

Все статьи раздела: "Публикации"








Руслана Холохоренко
04.03.2017 Руслана Холохоренко

Самое сложное испытание

Євгенія Гінзбург
17.02.2017 Євгенія Гінзбург

Реабилитация. Есть ли у вас план?

Ангеліна Шостак
17.01.2017 Ангеліна Шостак

Советы от “бывалой”




Перевірити наявність ліків


Популярные